Психология Чемпиона. Начало пути. Эссе об уверенности.

Тихвинская Е. О.

Мама десятилетнего теннисиста привела мальчика к психологу со словами: мы бы хотели, чтобы у мальчика (я буду называть его Ваней) было больше собранности, эмоциональной отдачи в игре, понимания того, что происходит на корте.

Когда я поинтересовалась у Вани, что ему нужно, для того чтобы лучше выступать, и какую задачу он бы поставил для психологической работы, он сказал, что ему нужно «не волноваться и не психовать». В дальнейшей беседе Ваня и его мама говорили о том, что Ваня хорошо играет после выигранного мяча, воодушевляется.

Но когда пропускает мяч – расстраивается, злится, не может собраться и продолжает проигрывать. Я наблюдала за тем, как Ваня играет на турнире. Он действительно трудно переживает пропущенный мяч, он старается крепиться, но в какой-то момент слёзы помимо его воли льются из глаз, он говорит маме, что больше не может играть, злится, когда мама пытается что-то сказать сыну. Когда я смотрю на движения Вани в этой ситуации, кажется, что у него подгибаются ноги, как будто его обуревает желание упасть на землю, закрыть голову руками и исчезнуть. Причём, подобное же поведение демонстрировал, в свою очередь и Ванин соперник, когда у него шла серия пропущенных мячей.
Мама расстраивалась, объясняя мне, что в этой игре у Вани не сильный соперник, Ваня должен был играть лучше, он не делает элементарных вещей, которые отрабатывались на тренировке, не делает того, что фактически умеет.
Надо заметить, что именно эти слова произносит практически каждый юный спортсмен или сопровождающие его взрослые, тренер, родители, обращаясь к психологу. Многим кажется парадоксальным: «почему на тренировке я это могу, а как только выхожу на соревнования – не делаю?». В этом месте родители, как правило, сетуют на недостаток мотивации у ребёнка, начинают сомневаться в том, хочет ли он вообще заниматься спортом, обижаются на ребёнка, думая, что они вкладывают деньги и время в его занятия, а он недобросовестно или несерьёзно относится к соревнованиям.
Затем я пришла посмотреть на тренировку Вани. Это была 2х часовая индивидуальная тренировка с тренером. К моему удивлению, на тренировке я увидела психическую динамику очень похожую на то, что было на соревнованиях. Ваня очень расстраивался и злился на собственные неудачи. Тренер даже объяснял Ване: «зачем ты расстраиваешься, когда не можешь сделать удар? Ты делаешь 5 ударов из 10, это то, что ты можешь сейчас. Зачем ты психуешь, после того, как сделав 5 ударов ты запарываешь 6-й? Какой в этом смысл? В перерыве, глотая воду, Ваня говорил маме: «У меня вообще ничего не получается!» Мама отвечала: «А ты слышал, тренер тебе сказал, что у тебя получилась серия хороших ударов?» «Нет, у меня вообще ничего не получается!» -  со слезами в голосе отвечал мальчик. Так же тренер пояснял Ване: «когда всё нормально, я ничего тебе не говорю, я говорю только про ошибки».
Я поняла: то, что переживает Ваня можно назвать «острым недостатком позитивной обратной связи». Он ещё не научился сам отмечать, признавать, переживать свои удачи и позитивные, правильные действия. Нет симметрии: он остро реагирует на ошибку отрицательными эмоциями, но он не реагирует на верное действие позитивными эмоциями. Он не отмечает собственные верные действия, не хвалит сам себя. Поэтому не включается механизм физиологической «системы вознаграждения», не выделяются гормоны, подкрепляющие и стимулирующие дальнейшую активность. В организме накапливается переизбыток гормонов, связанных с отрицательными эмоциями. Чтобы переизбыток таких гормонов не вредил организму, он выводится через слёзы.
Я подумала, что с одной стороны, Ване было бы немного проще, если бы тренер во время тренировки создавал баланс позитивной и негативной обратной связи. Хотя бы если бы на каждые 2 – 3 фразы про ошибки, называл 1 правильное действие сделанное Ваней. Это прибавило бы юному спортсмену  воодушевления.
С другой стороны, в любом случае, перед спортсменом встанет задача «интериоризировать», присвоить себе умение замечать собственные достижения и просто верные действия.  Только в этом случае от него можно ожидать надёжности и стабильности в соревнованиях, потому что тогда он сможет сам себя настраивать и сам себя поддерживать, регулируя своё психическое состояние через произвольное перемещение фокуса внимания между своими достижениями и своими ошибками в каждое мгновение соревнования. Учитывая, что Ваня уже перешёл границу подросткового возраста, вполне можно попытаться решить эту задачу.

В плане «теоретических» закономерностей, необходимо заметить, что позитивная самооценка себя как развивающего и прогрессирующего спортсмена – это фундамент психических состояний уверенности и боевой готовности. А формирование позитивной самооценки не может «висеть» на одной вере в то, что «я – хороший», необходимы ежедневные «доказательства» того, что я могу, умею, сделал и пр. Поэтому с некоторого времени юным спортсменам уже недостаточно безусловной родительской любви и заверения родителей «ты всё равно у нас самый лучший», «у тебя ещё всё получится в следующий раз».

Они даже не облегчают страданий ребёнка, который считает себя проигравшим. Так же как не помогают требования «соберись!», «перестань себя жалеть!», «прекрати распускать сопли!» и т. п.  Юный спортсмен просто не видит того ресурса, который нужно «собрать». Если субъективно в данный момент доминирует ощущение «ничего не получается», то и собирать нечего.

Работа с Ваней началась с нашей договорённости о том, что теперь Ваня будет тренировать психологические «мышцы» так же, как до этого есколько лет тренировал тело.
Вообще, это один из удивительных парадоксов общественного сознания. Необходимость тренировки тела сомнений не вызывает. А потом тренер, а больше всего родители задают вопрос: «А почему мой ребёнок на соревнованиях не делает то, чему научился на тренировке?». А откуда вообще возникает идея, что раз я делаю на тренировке – то сделаю и на соревнованиях? Ведь соревнования – совершенно другие психологические условия, другой уровень нагрузки на психику.

Да, для тела ничего не меняется – те же движения. А для психики? Публичность, ответственность, фиксация результата чужими людьми, надежды и «ставки» и пр. А кто готовил к этому психику? А кто задумывался, что это вообще значит – готовить и тренировать психику?
И первая из наших «психологических мышц» называется «умение фокусировать внимание на том, что сделано верно».  Мы беседовали с Ваней о «поле внимания» спортсмена. Мы нарисовали «поле внимания спортсмена» как два круга: внутренний небольшой и внешний побольше. Центр внимания и периферия внимания. Одно из важных умений профессионального спортсмена  - всегда помещать в центр внимания то, что было сделано хорошо, а ошибки располагать по периферии. Даже если ты пропустил мяч или сделал неверный удар, ты сразу либо концентрируешь внимание на другом, ранее сделанном хорошем ударе, либо в этом не получившемся ударе видишь что-то хорошее (например, то что решился рискнуть или то, что одна часть техники отработана правильно, хотя другая часть не доделана поэтому в итоге удар не получился). Мы договорились с Ваней о том, что он будет постепенно тренировать в себе это умение.
Постепенность - ещё один важный акцент, которому приходится специально уделять внимание в психологической тренировке юных спортсменов. Я говорю: я не прошу тебя научиться это делать сразу, «за один присест». Просто пробуй тренировать это умение. Оцени насколько процентов оно развито у тебя в данный момент. Твоя задача – на завтрашней игре получить небольшой «прирост», может быть всего несколько процентов. Такая установка  снимает напряжение и мысль о собсвенном несоответствии какой-то планке, и переводит внимание на процесс действия. Что собственно и составляет основу достижения лучшего результата.
Следующая Ванина игра, которую я наблюдала через некоторое время, отличалась тем, что Ваня за всю игру ни разу не заплакал, не стучал ракеткой и не жаловался маме. Его игра продолжала быть более слабой и технически простой, чем то, что освоено на тренировке, но достаточной для того чтобы выиграть у конкретного противника с некоторым перевесом.
Я обратила внимание на «тотальность» переживаний выигрыша и проигрыша, характерное для спортсменов этого возраста. Проиграть – плохо, а выиграть хорошо, независимо от того, какую игру ты демонстрировал, независимо от силы соперника с которым играл.
Из этого последовала следующая тема для обсуждения с моим клиентом. Я открыла Ване небольшой секрет:

профессиональные спортсмены в игре имеют не единственную задачу выиграть, а решают ещё дополнительные задачи, например тренировка технических или психологических умений. Здесь можно воспользоваться метафорой: иметь в уме только одну задачу выиграть – это всё равно, что стоять на одной ноге, очень легко выбить опору из под одной ноги.

Дополнительные задачи – это ещё одна – две – три ноги, которые создают более устойчивую конструкцию. Я предложила Ване выбрать для себя дополнительные задачи на следующую игру. Так, помимо задачи выиграть, у Вани оказались ещё две: улучшить умение отключать нежелательные мысли в игре и тренировка подач.
После завершающей игры турнира Ваня подвёл промежуточные итоги психологической подготовки: по его мнению, задача научиться «не психовать», поставленная в начале обращения к психологу решена на 98%, а вот задача «не волноваться» пока не решена. Он волнуется больше, чем ему нужно для оптимального состояния во время игры. Так же, по Ваниной оценке умение «отключать нежелательные мысли» во время завершающей игры улучшилось на 3%.
Оценка спортсменом собственных умений и оценка решённости поставленных задач в процентах или баллах, не важно, по какой шкале – это один из наиболее простых и действенных приёмов, используемых многими, если не всеми спортивными психологами. Не столь важна сама цифра, называемая спортсменом, сколько факт самооценки, обращения внимания на своё качество и связанные с этим вопросы: достаточно – недостаточно, улучшил – не улучшил. Происходит присвоение ответственности спортсменом за собственные изменения. Замечание собственных усилий, действий, результатов. Это позволяет, избежав «нотаций», донести до юного спортсмена ощущение того, что он управляет собственным развитием.
Вообще в работе с юными спортсменами принципиально важно избежать, насколько возможно, «вливания» информации о том, как они должны себя вести. Если опираться на метафору входящего и исходящего потока информации – у детей и подростков в нашей культуре в настоящее время максимально перегружен входящий поток. Все и всегда объясняют им «как надо». В одной восточной притче это описано как «лить кипяток в чашку, которая уже полна вчерашнего чая». Вода переливается через край, льется на блюдце  на стол. А мы огорчаемся растрачиваемым впустую усилиям. Дети не слышат объяснений по 3-му, 5-му, 100-му разу. Что делать? А какие ещё существуют приёмы разговора? Если я поняла, какую идею я хочу донести или чему научить – в этом месте я делаю паузу. Иногда длительную. Я знаю, что если просто сразу поделиться – это будет работа, затраченная впустую. Самое простое – я нахожу время и удобную ситуацию, что бы спросить спортсмена, что он сам думает по этому вопросу. То есть сначала «вылить из чаши» хотя бы небольшую часть содержимого. Иногда я предупреждаю о том, что сейчас расскажу, как была видна игра со стороны и говорю, что мне важно проверить – было ли это схоже с его ощущениями «изнутри». Я стараюсь создать ситуацию, когда мнение и субъективная картина моего клиента равноценна с моей, и мы можем ими обменяться. Если мне важно что-то «донести», я предупреждаю о том, что я сейчас расскажу что-то и попрошу спортсмена высказать его мнение – как ему кажется, может ли это быть ему полезно и почему. Стараюсь не забыть, спросить после этого его мысли.
Всё вышеописанное – это наброски, фрагменты работы, состоявшей из 7 встреч, включавших консультации в офисе, встречи на тренировках и играх. Был достигнут первый результат: поведение на корте стало управляемым, для спортсмена прояснились закономерности, которым подчиняется его психика во время игр и тренировок, появилось воодушевление. На следующем этапе работы, в следующем сезоне мы продолжили работу по оттачиванию умений переключать своё состояние и своё внимание во время игры с отчаяния, возникающего, когда пропускаешь несколько мячей подряд, на оптимальное боевое состояние, а также занимались вопросами «решающих мячей».

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить